— Сам знаешь — что. Твоя супруга меня не жалует.
— Да брось ерунду говорить.
— И ничего не ерунда! — возмутился Мигель. — Я что, не знаю?
— Оба хороши.
Фернан отдал распоряжение слугам, чтобы те накрыли стол в обеденной зале на две персоны. Разговор во время обеда сводился к войне и обсуждению ситуации в столице. «Василиск» медлил.
— Ты знаешь новость? — Мигель ловко подцепил ножом фаршированный перец.
— Я знаю их великое множество. Про какую ты говоришь?
— Ту! — обиделся виконт. — Вчера де Нуньо вернулся в город.
— Ого! — Маркиз отставил бокал. — Нет, об этом я слышу впервые.
Сеньор де Нуньо в столице? Ведь совсем недавно, обиженный тем, что король вручил маршальский жезл де Герошто, горячий южанин клялся, что ноги его не будет в Эскарине. Что задумал вспыльчивый граф? И как сильно он зол на Его Величество?
— Вот-вот, — поддакнул Мигель. — Правда, я несколько преувеличил. Он не совсем в городе. Предпочел загородное имение графа де Амока. Слышал о таком? Говорят, это он повинен в смерти де Льедесов, но доказательств нет. Так вот, Де Нуньо прибыл не один, а вместе с гвардией. Сто пятьдесят отборных вояк. С ними придется считаться. А еще и полк рейтаров де Амока. Итого — шестьсот пятьдесят человек.
— Де Амок в свару не полезет.
— До поры до времени. Я-то пташка подневольная, а вот тебе советую из Эскарины уехать. Хотя бы ко мне в имение. Если начнется пожар, от огня ты не убежишь.
— Спасибо за предложение, но я лучше останусь здесь и запасусь водой. Мой дом — моя крепость. Кстати, как много людей знают о прибытии де Нуньо?
— Вполне достаточно.
Плохо. Значит, к графу потянутся делегации от всех родов. Будут прощупывать почву и определять, на чьей стороне соберется выступить известный столичный сквернослов.
— Но зато почти никто не знает, что с де Нуньо сеньор де Каэро, — все тем же любезным тоном сообщил виконт. — И с ним гвардейцы. И заметь! Из ушедших в отставку ветеранов моего полка! Это еще сто с лишним человек.
— Час от часу не легче!
Бывший полковник «Ураганных голов» связался с всесильными графами? Он тоже обижен на короля? Нет. Ножку де Каэро подставил нынешний маршал кавалерии — де Герошто. Вот на кого следовало злиться.
— Я сегодня же обо всем расскажу командиру. Почти восемьсот клинков — это не шутка. Делаешь ставку?
— Если ситуация не изменится, то два дня, не больше.
А потом разразится катастрофа. Интересно, почему Церковь молчит? Неужели кардинал желает крови?! Но зачем? Какая ему выгода от свары родов?
— Заметано! Слушай, ты сегодня какой-то хмурый.
— Тебе кажется, — наигранно ухмыльнулся «василиск».
— Но-но! — Мигель шутливо погрозил пальцем. — Мои глаза не проведешь!
— Тогда считай, что мне жаль тратить на тебя столь хорошее вино.
— Вот все и объяснилось — ты слишком жаден, дружок. С этим следует бороться!
— И ни в чем себе не отказывать! — поддержал его Фернан, скидывая камзол. — Наливай, что ли!
— Сию минуту.
Сеньор де Суоза смотрел на друга. С каждой минутой он все больше сомневался в правильности своего решения задать вопросы. Даже несмотря на то что допрошенный солдат хоть как-то подтвердил слова Ули.
— Чтобы вино не кончалось, а женщины были ласковы!
— Особенно к кирасирам! — подхватил тост капитан контрразведки.
— Точно! Как вспомню ту блондиночку, так дрожь пробирает! Надо же! Мать Предстоятельница! Будь она чуть поулыбчивей…
— Мигель, а куда отправляли твой отряд? — перебил друга Фернан.
— Что? — Сеньор де Турсеко озадаченно вскинул брови. — О чем это ты?
— Ты сказал, что не знаешь, был ли де Муора с графом в день его смерти. Тебя не было в то время в полку. Так?
— Да, ты прав, — легко согласился Мигель. — Пришлось отправиться в Майдель. Старик посчитал, что моим ребятам стоит развеяться.
— В Майдель?
— Совершенно верно. А что такое?
— Странно… Майдель находится на западе, но, по моим сведениям, ты уехал на северо-восток. В Тулину.
— Вроде не пил… — Сеньор де Турсеко с тревогой посмотрел на Фернана. — С чего это тебя понесло? Какая, к Искусителю, Тулина?
— А почему ты так заволновался?
— Тебе показалось. Просто ты задал глупый вопрос. Что я забыл в этой проклятой Тулине?
— Вот и мне это интересно. В то время пока весь полк сидел в Копе, тебя с твоими рубаками зачем-то занесло на север. Странно все это. Вот я и спросил.
— Уработался? — рассмеялся тот. К неприятному удивлению «василиска», смех друга вышел неискренним и фальшивым. — Я же говорю, с отрядом мотался в Майдель. Подбирали подходящих лошадок в тамошних табунах. В полку кто угодно подтвердит. Ты что-то путаешь. В Изумрудную провинцию нас не посылали. Там же дел никаких нет!
— Ну… — Фернан наконец решился. — Дела всегда найдутся. Было бы желание. Положим, можно сжигать окрестные деревушки да рубить крестьян.
— Ты серьезно? — Улыбка сеньора окаменела.
«Проклятье! — выругался „василиск“. — Что я делаю?! Ведь, кроме слов мальчишки, у меня нет никаких доказательств!»
— Я совершенно серьезен. Будь любезен, ответь на простой вопрос, зачем тебе и твоим ребятам понадобилось убивать крестьян?
— Да ты болен! — Мигель больше не улыбался.
— Я болен? — Капитан говорил тихо. — Нет. В отличие от тебя, я не убивал детей.
— Все! Я не намерен больше выслушивать оскорбления, сеньор! — Виконт встал из-за стола. — Поговорим, когда ты придешь в себя!
— Нет, ты выслушаешь меня сейчас! Или же тебе придется разговаривать в Роперре! У меня есть доказательства!
— Хорошо! — неожиданно легко согласился кирасир и с беспечным видом уселся на место. — Похоже, общение с де Армунгом не пошло тебе на пользу. Вперед, дружище! Давай разберемся со всем прямо сейчас! А потом ты отправишься в постель, а я вызову лекаря. Поведай мне о своих доказательствах!